Есть люди, с которыми спорить особенно трудно. Они могут выслушать возражения, даже кивнуть, но через минуту вновь повторяют свою мысль, словно ничего другого не прозвучало. И необязательно делают это из упрямства. Иногда человеку попросту не приходит в голову, что собеседник находится в иной точке происходящего и видит там не совсем то же самое.

«Ну это же очевидно!» — произносит он. Ему действительно очевидно. Но очевидность собственного восприятия ещё не означает, что другой располагает той же информацией, переживает те же чувства и придаёт событиям тот же смысл.

Меня в этой теме интересует не привычный портрет неприятного эгоцентрика, а способ, которым человек незаметно превращает собственную картину мира в единственно возможную. Причём этот способ нередко включается у вполне добрых людей. Иногда — именно тогда, когда они пытаются заботиться о близких.

Что такое эгоцентризм в психологии

Эгоцентризмом называют склонность исходить прежде всего из собственной точки зрения и испытывать трудности, когда нужно учесть иную. В психологии термин используется не совсем одинаково: он может обозначать познавательную ошибку при оценке чужого знания или более широкую сосредоточенность на своих потребностях и переживаниях.

Поэтому определение эгоцентризма простыми словами требует уточнения. Это не обязательно уверенность в собственной исключительности и не обязательно стремление получить выгоду. Человек может искренне желать добра другому, но предполагать, что тому нужно ровно то же, что понравилось бы ему самому.

Представьте, вы стоите напротив знакомого у окна. Вам видно двор; ему — стену соседнего дома. Если оба смотрят на один пейзаж с разных позиций, несовпадение очевидно. В разговоре о чувствах, обязанностях или семейной истории чужая точка зрения не видна глазами. Поэтому легко забыть, что она вообще существует.

Здесь важна граница: отдельная эгоцентрическая ошибка не характеризует личность целиком. В напряжении, спешке, при нехватке сведений каждый способен принять свою перспективу за общую.

Почему психологи изучают эгоцентризм с детства

Термин особенно известен благодаря Жану Пиаже. Изучая детское мышление, он исследовал, насколько ребёнок способен мысленно сменить позицию наблюдателя. В знаменитой задаче с макетом трёх гор дети должны были определить, какой вид открывается кукле с другой стороны.

Многие выбирали собственный ракурс. Пиаже считал это проявлением особенностей развития способности координировать разные перспективы. Но позднейшие исследования показали: результат зависит от сложности задания, его понятности и возраста. В более доступных ситуациях дети могут учитывать позицию другого раньше, чем предполагалось по первоначальным опытам.

Не стоит представлять развитие как переключатель: до определённого дня ребёнок эгоцентричен, а после становится объективным. Способность менять точку зрения развивается постепенно, причём неодинаково в разных задачах.

Взрослые тоже делают такие ошибки. Мы склонны переоценивать, насколько другим известно то, что знаем сами. В исследованиях это называют, среди прочего, «проклятием знания». Человек произносит «здесь всё понятно», забывая, сколько предварительных сведений потребовалось лично ему.

Когда забота превращается в непонимание

Представим Ирину, руководителя небольшой команды. Она поручает новичку подготовить презентацию к пятнице: «Сделай как обычно». Ей известно, какой клиент будет на встрече, какие слайды не понравились ему в прошлом году, какие цифры нужно выделить. Сотрудник работает второй месяц и об этой истории не знает. Ирина полагает, что её краткости достаточно: она привыкла разговаривать с опытными коллегами, которые понимают её с полуслова. Здесь нет ни намерения унизить новичка, ни желания переложить на него ответственность. Но привычка опираться на общий опыт с одними людьми незаметно переносится на тех, с кем такого опыта ещё нет.

В пятницу он приносит аккуратную, но совершенно другую презентацию.

— Я же ясно объяснила, что нужно! — возмущается Ирина.

Новичок пытается уточнить, но она перебивает: «Нужно было просто подумать». Вечером рассказывает коллеге, что люди разучились выполнять элементарные задания.

Что произошло? Событие — поручение с неполными условиями. У Ирины возникло ожидание определённого результата; ей показалось, что требуемая информация очевидна. Неудача вызвала раздражение. Защитная реакция — объяснить результат несообразительностью сотрудника, не проверяя собственную инструкцию. Поведение — резкая критика вместо уточнения того, что было понятно каждому.

Новичок после этого начинает бояться вопросов. Данных у него ещё меньше. Следующее задание снова оказывается выполнено не так. Ирина получает новое «подтверждение», что окружающие не понимают простейших вещей.

Так формируется повторение. Не из злого умысла, а из двух взаимно поддерживающих реакций. Руководитель не замечает собственного вклада именно потому, что искренне считает задачу ясной. Она не может увидеть отсутствие информации у другого человека изнутри его головы.

Можно возразить: сотрудник тоже отвечает за то, чтобы задавать вопросы. Конечно. Его молчание участвует в ситуации. Но ответственность обоих не отменяет самого механизма: знание одного не становится общим автоматически.

Эгоизм и эгоцентризм: в чём разница

В бытовой речи их часто путают. Но эгоизм и эгоцентризм полезно различать, потому что у них разные психологические механизмы.

При эгоизме человек отдаёт преимущество собственным интересам, иногда осознанно поступаясь чужими. Он может прекрасно понимать, что друг устал и нуждается в помощи, но выбирает отдых для себя. Сам по себе такой выбор ещё не делает его плохим: право на собственные потребности тоже существует. Оценка зависит от обстоятельств и обязательств.

Эгоцентризм прежде всего касается перспективы. Например, мужчина узнаёт, что партнёрша расстроена, и немедленно начинает решать её проблему. Ему самому в подобном состоянии помогли бы конкретные действия. Он искренне старается, но не замечает, что сейчас ей нужно сочувствие. Она сердится, а он чувствует себя незаслуженно отвергнутым.

И наоборот: женщина может подробно обсуждать с партнёром чувства, считая это лучшей поддержкой, хотя ему необходимо время одному. Различие не зависит от пола.

Эгоизм и эгоцентризм способны совпадать. Человек может понимать потребности других, но не учитывать их; может неверно представлять эти потребности; может делать и то и другое. Поэтому назвать кого-то эгоцентриком — ещё не объяснить, почему он поступил определённым образом.

При чём здесь «эго» и самоуважение

«У него большое эго», — говорят о самоуверенном человеке. Но в психоаналитической теории Фрейда Эго — не синоним тщеславия, а один из элементов предложенной им модели психики. В обыденном употреблении «эго» может означать представление о себе. Ни одно из этих значений не совпадает автоматически с эгоизмом.

В отношениях часто возникает ещё одна путаница: эгоизм называют эгоцентризмом просто потому, что собеседник отказал в просьбе. Но отказ может быть вполне обдуманным и уважительным. Способность заметить чужую потребность не обязывает её удовлетворять. И если каждый отказ считать эгоизмом, тогда чужая самостоятельность становится для нас оскорблением. Это, кстати, тоже повод исследовать собственную точку зрения.

Самоуважение также не равнозначно эгоцентричности. Можно ясно понимать собственные желания, уметь отказывать, защищать границы и при этом прекрасно представлять, что другой человек хочет чего-то иного.

Я бы даже сказал, что устойчивое чувство собственных границ иногда облегчает признание чужих. Когда не нужно любой ценой доказывать правильность своей позиции, проще выслушать отличающуюся.

Откуда берётся эгоцентрическое мышление

У ребёнка соответствующие ошибки могут быть частью обычного познавательного развития. У взрослого же влияют привычки общения, эмоциональная нагрузка, особенности среды и способность замечать обратную связь.

Если решения человека много лет не обсуждались, у него могло не возникать необходимости объяснять предпосылки. Если каждый спор переживается как угроза самооценке, чужое несогласие скорее вызовет защиту, чем интерес.

А иногда дело совсем не в характере. Человек устал, торопится, переживает стресс — и перестаёт удерживать сразу две версии событий. В экспериментах известно, что на учёт чужой перспективы влияют условия задачи, внимание и возможность корректировать первоначальную догадку.

Не следует превращать это в универсальную теорию семейного воспитания: мол, всякий эгоцентрик вырос у родителей, которые слишком его баловали. Такая причина удобна, но далеко не всегда подтверждается.

Почему эгоцентричность разрушает отношения

Вернёмся от начальника к семье. Один супруг приходит домой молчаливым. Другой думает: «Он сердится на меня». Начинает допытываться, что случилось. Первый действительно устал и хочет тишины; настойчивые вопросы раздражают его. Разговор заканчивается ссорой.

Каждый наблюдает поведение партнёра, но отвечает на собственное толкование. Один видит угрозу близости, другой — посягательство на право отдохнуть. Оба защищаются. И на следующий вечер уже заранее ожидают повторения.

Здесь особенно важна разница между «я понимаю тебя» и «я проверил, правильно ли тебя понял». Психологические исследования показывают, что простое воображение чужих мыслей не обязательно делает наши догадки точными. Иногда нужно получить от человека сведения, которых у нас нет, а затем пересмотреть своё предположение.

Поэтому мне интереснее не выяснять, кто из супругов «главный эгоцентрик», а находить тот момент, где каждый перестал задавать вопросы и начал считать свою интерпретацию фактом.

Особенно это заметно после ссоры. Каждый пересказывает знакомым свою версию и получает поддержку: «Конечно, ты прав». Так укрепляется уверенность, что другой человек просто не способен понять очевидное. Но знакомые слышали лишь одну часть разговора. В следующий раз супруги встречаются уже не только с самим конфликтом, но и с застывшими представлениями друг о друге. Эгоцентрическое объяснение стало частью семейной истории, а не отдельной ошибкой.

Кто такой эгоцентрик и как с ним разговаривать

В обычном языке эгоцентриком называют человека, который постоянно возвращает разговор к себе, с трудом воспринимает возражения, считает свою точку зрения единственно разумной. Но по одному такому поведению нельзя определять черту личности, тем более психическое расстройство. Эгоцентризм не является самостоятельным клиническим диагнозом.

Отличить устойчивую привычку от ситуативной ошибки помогает наблюдение за повторением и реакцией на уточнение. Если собеседник узнаёт о другом взгляде и способен скорректировать свой, мы видим одно. Если любое несогласие сразу объявляет глупостью или злонамеренностью, разговор становится гораздо труднее.

Взаимодействие лучше строить вокруг конкретных поступков: «Я не знал о договорённости с клиентом», «Мне нужна помощь другого рода», «Когда решение принимают за меня, я не могу с ним согласиться». Ярлык «эгоцентрик» обычно вызывает встречную защиту и почти ничего не проясняет.

При этом попытка понять собеседника не обязывает терпеть унижение. Умышленное давление, манипуляции и игнорирование границ нужно оценивать отдельно. Эгоцентрическая ошибка может происходить без намерения навредить, а сознательная эксплуатация чужих потребностей бывает и при отличном понимании чужой точки зрения.

Можно ли перестать смотреть на мир только своими глазами

Способность учитывать других развивается и во взрослом возрасте. Но она не сводится к призыву «будь менее эгоистичным». Ведь эгоизм и эгоцентризм — не одна проблема, а иногда человек даже не замечает, что у него недостаёт информации.

Возьмём Ирину. Следующий разговор с сотрудником может начаться не с объяснения очевидного, а с вопроса: «Как ты понял задачу?» Ответ неожиданно покажет ей границу между её знаниями и его представлением о работе. Это ещё не делает их полностью согласными, но меняет качество обсуждения.

Есть маленькая, но существенная трудность: чужой ответ может не понравиться. Мы спрашиваем, что человек имел в виду, а он сообщает вовсе не то, на что рассчитывали. Здесь соблазн снова велик: объяснить ему, почему он ошибается. Но тогда вопрос был задан лишь для того, чтобы подтвердить заранее приготовленный вывод. Формально мы слушали. По существу — нет.

Самое трудное — отказаться от ощущения, что собственный взгляд равен действительности. Оно удобно. Не нужно пересматривать выводы, выдерживать возражения, признавать, что твои слова могли значить для другого совсем не то, что ты вложил в них.

Поэтому исследование эгоцентризма начинается с вполне земного вопроса: какие факты я действительно знаю о другом человеке, а что просто предположил за него? И что произойдёт с моей картиной, если предположение окажется неверным?