Кто такой пацифист: что означает, чем отличаются взгляды и как живут противники войны

Представим довольно простую сцену. Мужчина говорит: «Я пацифист. Я против насилия». Через несколько минут он видит, как на улице один человек бьёт другого. И вот тут красивое самоописание заканчивается, начинается реальный выбор. Вмешаться физически? Позвать тех, кто может применить силу? Оттащить нападающего? Не вмешиваться, потому что любое насилие неприемлемо?

Именно здесь становится видно, что пацифизм — не просто любовь к миру и не психологическая черта вроде мягкости. Это система убеждений о допустимости войны, принуждения и насилия. Причём внутри этой системы существуют разные позиции.

Когда мы пытаемся понять, кто в таком случае такой — именно пацифист или просто противник конкретной войны, полезно отделить три вещи: ценность, переживание и поведение. Можно искренне считать войну злом и при этом испытывать ярость. Можно бояться конфликта и выдавать страх за философию мира. А можно быть очень конфликтным по характеру и всё же последовательно отвергать вооружённую борьбу.

Поэтому тема становится интересной именно там, где заканчивается ярлык.

Пацифизм: определение и граница

Что такое пацифизм? В самом общем смысле это убеждение, согласно которому война и насилие не должны быть нормальным способом решения конфликтов, а мирные средства имеют принципиальное моральное или практическое преимущество.

Пацифизм часто описывают одной формулой, но чтобы понять, что это за позиция, уже следующую фразу приходится уточнять.

Если спрашивать, что простыми словами представляет собой такое явление, как пацифизм, то речь идёт о сильной установке против войны. Но этой формулы недостаточно. Одни пацифисты отвергают любую войну без исключений. Другие считают, что применение силы может быть допустимо лишь в крайних обстоятельствах, например при защите людей от непосредственной агрессии.

Пацифизм обычно начинают объяснять простыми словами, но вопрос, что это за позиция, быстро выводит нас к границе допустимого. Человек может быть против войны и всё же признавать право на самооборону. Может отвергать военную службу, но участвовать в спасении пострадавших. Может считать ненасилие не только нравственным требованием, но и более эффективным способом политической борьбы.

Сам термин вошёл в общественно-политический язык в начале XX века. Его связывают с французским юристом и деятелем движения за мир Эмилем Арно и Всеобщим конгрессом мира 1901 года в Глазго. Пацифизм как термин возник довольно поздно, и это в истории идей важное уточнение: сами размышления об отказе от войны и силовых методов намного старше слова.

Какими бывают пацифистские позиции

Когда спрашивают, кто в реальности такие пацифисты и можно ли описать их одним психологическим портретом, ответ будет отрицательным.

Есть абсолютная позиция: война и намеренное причинение вреда считаются морально недопустимыми независимо от обстоятельств. Это последовательный, но очень требовательный принцип — особенно когда его приходится сохранять перед угрозой себе или другим.

Есть условная, или контингентная, версия. Здесь действует сильная презумпция в пользу мира: сторонник считает войны почти всегда разрушительными и морально проблемными, но допускает исключения, когда отказ от силы, по его мнению, приведёт к ещё большему злу.

Есть религиозные версии, антимилитаризм, различные формы политического ненасилия. Можно отвергать конкретную войну, не отвергая все войны вообще. И наоборот, можно считать личное участие в вооружённой борьбе недопустимым, не требуя того же от каждого окружающего.

Поэтому, если хочется понять, пацифист — это кто и что в его случае означает это самоопределение, нужно спрашивать не только «ты за мир?». Почти все в абстракции за мир. Гораздо точнее: какие формы насилия ты считаешь недопустимыми, какие исключения признаёшь и что готов делать, когда мирное решение не получается?

Пацифизм в истории: идеи и известные фигуры

Если говорить о том, чем пацифизм был в истории, важно не начинать историю с XX века. Задолго до появления самого термина существовали религиозные и философские традиции, ограничивавшие или отвергавшие применение силы.

В христианстве развивались направления, для которых непротивление и отказ от войны становились частью веры. В индийских традициях большой вес получил принцип ахимсы — ненанесения вреда живому. Позже эти идеи становились не только личной этикой, но и способом общественного действия.

В XIX–XX веках возникают организованные движения за мир, международный арбитраж, разоружение и отказ от войны. Среди известных фигур, связанных с этой традицией и историей ненасилия, называют Льва Толстого, Берту фон Зутнер, Джейн Аддамс, Бертрана Рассела, Махатму Ганди. Но здесь важно не превращать историю в коллекцию удобных ярлыков: их взгляды различались и менялись.

Например, Рассел был активным противником Первой мировой войны, но позднее его позиция в отношении войны и сопротивления нацизму была сложнее абсолютного пацифизма. Ганди разработал собственную философию и практику ненасильственного сопротивления, которую нельзя без остатка свести к европейскому пацифистскому движению.

История здесь полезна именно тем, что разрушает простую схему. Люди могут быть против войны по совершенно разным основаниям.

Психологический портрет: ценность или избегание?

Мне кажется, самая опасная часть темы начинается там, где из политического или этического убеждения пытаются сделать тип личности.

Научно установленного «психологического типа пацифиста» нет. Нельзя надёжно сказать, что сторонник таких взглядов обязательно добрее, тревожнее, мягче или эмпатичнее других. К этой позиции приходят через религию, философию, опыт войны, политические и нравственные убеждения.

Но есть психологическое различение, которое действительно полезно.

Вернёмся к сцене в начале. Собеседник заявляет неприятие силовых действий, но в реальном конфликте обнаруживает сильный страх. Он не обозначает границу, не спорит, не защищает себя и объясняет это словами: «Я просто пацифист».

В таком случае самоописание может выполнять защитную функцию. Событие — давление или угроза. Переживание — страх. Интерпретация — «любой конфликт плох». Поведение — отступление. А затем появляется моральное объяснение, позволяющее не встречаться с собственной беспомощностью.

Но возможна и противоположная картина. Страх и злость присутствуют, риск понятен, сопротивляться человек способен, но сознательно выбирает ненасильственный способ. Здесь отказ от силового ответа — уже не избегание конфликта, а способ действовать внутри него.

Снаружи оба произнесут одну и ту же фразу. Внутренне это две разные конструкции.

Пацифизм и ненасилие: где проходит граница

Пацифизм и ненасилие тесно связаны, но это не одно и то же.

Пацифизм прежде всего задаёт отношение к войне и организованной вооружённой силе. Ненасилие может быть более широким этическим принципом или конкретной стратегией действия.

Можно не считать себя абсолютным сторонником мира и всё же использовать ненасильственные методы: переговоры, бойкот, забастовку, гражданское неповиновение, отказ от сотрудничества. И наоборот, противник войны может признавать физическую самооборону или минимально необходимую силу для защиты другого.

Поэтому бытовой вопрос «как называются люди, которые принципиально против войны?» обычно ведёт к слову «пацифисты». Но если хочется понять, как называется человек, который последовательно выступает против самого насилия, иногда точнее говорить о стороннике ненасильственного принципа.

Есть и другие близкие понятия. Антимилитарист выступает против милитаризма и чрезмерной роли военной логики в обществе. Отказчик по убеждениям отказывается от военной службы или её определённых форм на основании глубоких убеждений. Эти слова пересекаются, но не являются полными синонимами.

Пацифизм сегодня: сильные аргументы и неудобная критика

Самое сильное возражение против пацифизма звучит неприятно: что делать, если одна сторона отказывается применять насилие, а другая — нет?

Человек имеет право принять риск ради собственных убеждений. Но может ли он отказаться от силы, если цена такого отказа — жизнь другого человека? Можно ли защищать ребёнка физически? Допустима ли вооружённая защита общества от нападения? Именно на этих вопросах расходятся абсолютный и условный пацифизм.

С другой стороны, критики иногда делают противоположное упрощение: будто отказ от насилия равен бездействию. Это неверно. Ненасильственное сопротивление может требовать дисциплины, организации, риска и прямого противостояния.

Не нападать — не значит ничего не делать.

Пацифизм в современном мире поэтому остаётся не столько уютной верой в мир, сколько спором о средствах. Пацифизм кажется простым словом, пока не спрашиваешь, что именно это убеждение запрещает в предельной ситуации.

Если цель справедлива, делает ли это допустимым насилие? Если насилие предотвращает другое насилие, что меняется? Где кончается защита и начинается месть?

Готового ответа, одинакового для всех таких традиций, здесь нет.

Революционный пацифизм: почему это не оксюморон

Само выражение «революционный пацифист» не обозначает единую современную школу с членским билетом и фиксированной доктриной. Исторически оно относится к радикальным течениям, которые стремились к глубокому социальному изменению, но отвергали вооружённую революцию.

Хороший пример — нидерландский антимилитарист Барт де Лигт. Он связывал борьбу против войны с ненасильственным сопротивлением, отказом от сотрудничества, бойкотами и забастовками. В своей известной работе о войне и революции он подробно рассматривал ненасильственные методы борьбы.

Получается парадокс только на первый взгляд. Радикальный сторонник ненасилия может стремиться к революционному изменению порядка, но отвергать убийство противника как средство перемен.

То есть миролюбие здесь совсем не равно покорности.

Как называют человека, который против войны

Если человек говорит, что он против, а война для него принципиально неприемлема как способ решения конфликтов, чаще всего такую позицию называют пацифистской.

Отсюда и бытовой вопрос: как называется человек, который последовательно выступает против самой идеи войны? Чаще всего — пацифист. Но если возражение относится только к одной конкретной войне, этого недостаточно, чтобы автоматически относить такую позицию к пацифизму.

Похожая путаница существует со словом «пацифик». Пацифист — название сторонника этих взглядов. «Пацификом» в русском разговорном употреблении называют известный знак мира — круг с линиями внутри, который появился в британском движении за ядерное разоружение в конце 1950-х и затем стал международным антивоенным символом.

Иногда хочется ответить совсем кратко и простыми словами: кто в таком случае такой человек — пацифист? Тот, кто считает войну и насильственное решение конфликтов принципиально неприемлемыми или стремится максимально ограничить их применение.

Но, как видно, одно предложение только открывает тему.

Как проверить собственный пацифизм: вопросы вместо баллов

Общепринятого психологического теста, который мог бы объективно определить такую мировоззренческую позицию, нет. Да он и не особенно нужен.

Полезнее устроить себе небольшой тест — не на «пацифиста» как тип личности, а на последовательность собственных взглядов.

Считаете ли вы любую войну недопустимой или допускаете исключения?

Признаёте ли право на физическую самооборону?

Можно ли применить силу, защищая человека, который сам защититься не способен?

Есть ли для вас разница между насилием, принуждением и сдерживанием агрессора?

Готовы ли вы сохранять принцип ненасилия, если это становится лично опасно?

И ещё один вопрос, который мне кажется особенно важным: я действительно выбираю ненасилие — или я просто не выношу открытого конфликта?

На этом месте философия неожиданно встречается с психологией.

Потому что понять свою позицию означает не только подобрать правильное название. Нужно увидеть, какое событие запускает реакцию, что переживается, как интерпретируется угроза и какое действие следует дальше. Тогда становится понятнее, где находится убеждение, где страх, где моральный выбор, а где привычная защита.

Что значит быть пацифистом в современной России

В современной России такие взгляды сами по себе не создают отдельного юридического статуса. При этом Конституция предусматривает право гражданина при определённых условиях заменить военную службу по призыву альтернативной гражданской службой, если несение военной службы противоречит его убеждениям или вероисповеданию. Реализация этого права регулируется законом и отдельной процедурой.

Это существенное различие. Называть себя пацифистом — вопрос мировоззрения. Решение конкретных обязанностей, связанных с военной службой, — уже юридический вопрос.

И здесь я бы вернулся к началу.

Сам ярлык говорит меньше, чем кажется. Гораздо больше говорит то, где проходит граница допустимой силы, какие исключения признаются, что происходит перед лицом агрессии и какую цену человек готов платить за собственный принцип.

Именно там убеждение перестаёт быть красивым словом и становится способом жить.